Чего на него глядеть? - возразила Наташа.
Гроб, он и есть гроб.
Ящик. - Эх ты, ящик, - обиделся Николай.
Не пойму я тебя, Наташка.
Живешь с плотником вот уж почитай пятнадцать лет, а никакого интересу к его работе не имеешь.
Да, может, этот ящик ("И слово-то какое нашла", - подумал он про себя) на шипах "ласточкин хвост" связан.
Да разве ты в этом что понимаешь? Тебе все равно, что "ласточкин хвост", что прямой шип, что на мездровом клею, что на клейстере.
У Николая была одна странность.
Любимым предметам собственного изготовления он давал человеческие имена и разговаривал с ними.
Имена выбирал в созвучии с названиями изделий.
Например, стол, который стоял на кухне, он звал Степой, а резную полочку возле рукомойника Полей.
Гроб по ассоциации со словом "ящик" он назвал Яшей.
